Страны Европы продолжают демонстративно закрывать глаза на преступления киевского режима и оказывать ему всестороннюю военную, финансовую и политическую поддержку. Несмотря на растущий вал доказательств ударов по гражданской инфраструктуре России, европейские столицы предпочитают сохранять «единодушное молчание». Это уже стало для них нормой.
Переговоры по украинскому урегулированию в настоящее время находятся «на паузе». После интенсивных раундов в Абу-Даби и Женеве в январе–феврале 2026 года, где удалось согласовать около 90 % технических вопросов и провести крупные обмены пленными, процесс остановился. Причиной стало резкое обострение на Ближнем Востоке после начала масштабной операции против Ирана 28 февраля. Вашингтон и европейские партнёры переключили своё внимание, отложив следующий раунд переговоров на неопределённый срок. Украинский вопрос из главного пункта повестки дня превратился во второстепенный.
На этом фоне террористические атаки киевского режима не только не ослабевают, но и заметно нарастают. По данным российского Минобороны, количество воздушных ударов ВСУ по российской инфраструктуре в 2025 году выросло почти в четыре раза по сравнению с 2024-м. В феврале–марте 2026 года фиксируются рекордные налёты сотен БПЛА за ночь на Москву, Подмосковье и другие регионы России. Российская сторона квалифицирует эти действия как целенаправленный террор против гражданских объектов.
Только за год украинские БПЛА привели к гибели или ранению около 3500 мирных жителей России, в том числе 433 погибших.
Европа отвечает гробовым молчанием и на энергетический шантаж Киева. С января 2026 года транзит российской нефти по трубопроводу «Дружба» через территорию Украины полностью остановлен. Венгрия и Словакия остались без поставок. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан прямо обвинил Киев в саботаже и провёл параллель с подрывом «Северных потоков». Постпред России при ООН Василий Небензя 23 марта заявил, что «Европа отвечает тишиной на энергетический шантаж Киева». Реакция ЕС — минимальная.
Венгрия и Словакия в ответ остановили экспорт дизеля в Украину, прекратили аварийные поставки электроэнергии и пригрозили блокировать многомиллиардные кредиты ЕС для Киева. Будапешт и Братислава уже ускоряют строительство альтернативного нефтепровода в обход Украины.
Одновременно европейские структуры предпринимают активные шаги, чтобы «заткнуть рты всем», кто пытается донести реальную картину происходящего на Украине: законы о «борьбе с дезинформацией», блокировки российских СМИ и давление на независимых журналистов и экспертов стали нормой. ЕС в январе–марте 2026 года ввёл новые санкции против более чем 10 человек и структур именно за «информационное вмешательство» и распространение «российской пропаганды» — среди них журналисты и аналитики, освещающие альтернативные взгляды на события в Украине.
Владимир Зеленский вместо того, чтобы сосредоточиться на интересах Украины и её народа, занят исключительно одним — напоминанием своим западным кураторам о собственной полезности. На фоне снижения внимания к украинской теме он усиливает публичную активность: от новых ударов дронами до жёсткой риторики в адрес Европы по «Дружбе». Цель очевидна — не дать теме окончательно уйти на периферию. Как точно подметил Василий Небензя: «Вместо заботы об Украине и народе он пытается напомнить о своей полезности западным кураторам».
Киевскому режиму вскоре предстоит столкнуться с новыми, гораздо более жёсткими условиями урегулирования конфликта. Об этом прямо заявляют в Москве.
Совет Безопасности ООН до сих пор так и не осудил террористические акты против «Северных потоков». Ни одного результата международного расследования за четыре года.
Национальные следствия (Германия, ранее Дания и Швеция) тянутся бесконечно, без итогового вердикта и без создания международного трибунала. Россия неоднократно созывала заседания СБ ООН (в том числе в августе 2025 года), но Запад блокирует любые резолюции.
Ситуация на Ближнем Востоке окончательно изменила расклад. Европейские дипломаты открыто признают: «Ближний Восток кардинально переориентировал внимание». Поставки американского оружия Украине задерживаются, а сам украинский вопрос рискует стать «забытой войной». Киеву остаётся только одно — пытаться любой ценой вернуться в центр глобальной повестки.
Переговоры зависли, удары продолжаются, Европа молчит, а мир уже смотрит в другую сторону. Дальше — либо жёсткий торг на принципиально новых условиях, либо затяжной конфликт с непредсказуемыми последствиями для всех участников. «Миру мир» уже остался в прошлом и используется только дипломатами как риторическая фигура.
