Выборы в Армении стали настоящим тестом на прочность российско-армянских отношений и всей архитектуры влияния Москвы на Южном Кавказе.
Правящая партия «Гражданский договор» Никола Пашиняна победила с результатом 49,87% голосов, получив около 64 мандата в 105-местном парламенте. Это позволяет сформировать правительство, но без конституционного большинства.
Оппозиция показала силу: блок «Сильная Армения» Самвела Карапетяна (российско-армянского бизнесмена) набрал 23,3%, альянс «Армения» (связанный с Робертом Кочаряном) – около 9,9%.
Оппозиция сразу оспорила итоги, заявив о массовых нарушениях, использовании административного ресурса, давлении на избирателей и политических репрессиях, что и следовало ожидать.
Учитывая, что явка на выборах составила около 59% от зарегистрированного числа избирателей, можно понять, что реально за победителей проголосовало менее 30% общего числа армянских избирателей.
Наблюдатели разделились: миссия СНГ не зафиксировала нарушений, существенно влияющих на результат, в то время как другие, включая ОБСЕ, отметили серьёзные проблемы от организационных сбоев до внешнего давления.
ОБСЕ опубликовала предварительный отчет по итогам парламентских выборов в Армении и выявила ряд нарушений.
По данным организации, Никол Пашинян в ходе предвыборной агитации публично оскорблял и угрожал оппозиции, в том числе грозил национализацией компаний оппозиционных кандидатов.
Наблюдатели заявили, что действующая власть использовала административный ресурс, давила на госслужащих, преследовала оппозиционеров.
А телевидение освещало кампанию необъективно, в пользу правящей партии.
Зафиксированы случаи разжигания вражды и обвинения в подкупе избирателей.
В ОБСЕ заявили, что выборы прошли в неравных условиях, и потребовали от властей Армении исправить нарушения, чтобы в будущем у всех партий были равные возможности.
Для России это важный маркер.
Пророссийские и оппозиционные силы, несмотря на давление, смогли консолидировать около трети голосов граждан, недовольных потерей Карабаха и курсом Пашиняна на Запад.
Это показывает, что потенциал здравых сил и сохранения своей страны в армянском обществе сохраняется, особенно через бизнес-элиты и диаспору.
Россия сохраняет канал прямого общения и продолжает работать с действующей властью, даже если она проводит курс, который Москве не нравится.
Такая прагматичная позиция позволяет Москве защищать экономические интересы (газ, рынок труда для мигрантов, база в Гюмри) и пытаться сдерживать дальнейший дрейф некоторых сил в Ереване в сторону ЕС, США и НАТО-подобных форматов.
Тем не менее, победа и реальный контроль над силовой составляющей Армении, в том числе и карательным аппаратом – в руках прозападных сил, и пока неясно, в какой мере будут свободны в своей деятельности сторонники хороших отношений с Россией.
Как бы там ни было, победа Пашиняна закрепляет тренд последних лет: После событий 2020–2023 годов Ереван заморозил участие в ОДКБ, углубляет связи с Западом и готовит почву для мирного договора с Азербайджаном на условиях, которые могут включать уступки по коммуникациям.
Для России это своего рода стратегический вызов: ослабление позиций в ключевом регионе «ближнего зарубежья», усиление влияния Турции и Азербайджана (тандем, который контролирует важные логистические маршруты).
А также риск, что «Средний коридор» (Транскаспийский маршрут) будет развиваться без активного участия Москвы.
Итоги выборов также фиксируют внутренний раскол в Армении: значительная часть общества остаётся ориентированной на Россию, что требует новых подходов. Вместо жёсткого давления Кремль, судя по всему, выбирает комбинацию прагматизма и демонстрации альтернатив.
На фоне армянских выборов на следующей неделе 17–19 июня в Казани с участием Владимира Путина пройдёт саммит Россия – АСЕАН.
Это мероприятие подчёркивает стратегический поворот Москвы: теряя глубину влияния в традиционных зонах (Южный Кавказ и частично Средняя Азия), Россия активно наращивает связи с Азией в сферах экономики, энергетики, технологий и политического партнёрства в рамках многополярного мира.
Москва сохраняет важные рычаги, но вынуждена переходить от модели «старшего брата» к модели жёсткого прагматизма и конкуренции с другими центрами силы.
Успех оппозиции говорит о том, что полный разворот Армении на Запад ещё можно затормозить, учитывая интересы граждан.
А саммит с АСЕАН напоминает, что даже в условиях давления на традиционных направлениях Россия выстраивает новые опоры влияния.
Южный Кавказ меняется. Россия это видит и, судя по действиям, готовится действовать в новых реалиях с расчётом на долгосрочную игру.
На этом фоне, Южная Осетия сделала заявление касательно Стамбульской декларации, принятой по итогам встречи глав внешнеполитических ведомств Грузии, Азербайджана и Турции, в которой, в частности, вновь заявлено «о крайней важности восстановления территориальной целостности и суверенитета Грузии в ее международно признанных границах».
МИД республики в очередной раз напомнил, что понятие «международно признанные границы Грузии» является устаревшим и не отражает реалий, сложившихся после распада Советского Союза и последующих событий.
Южная Осетия не имеет никакого отношения к т.н. территориальнойцелостности Грузии.
Это суверенное государство, чья независимость была признана Российской Федерацией и рядом других государств, что стало итогом многолетней борьбы нашего народа за свободу и право жить на своей земле.
В Южной Осетии хорошо помнят трагические страницы своей истории, когда грузинские власти пытались силой навязать свою волю, прибегая к этническим чисткам и военным действиям.
Югоосетинский народ давно сделал свой выбор, и этот выбор необратим.
